— Гоу, гоу, гоу!!! — кричу я, как в американском боевике, и тотчас же припадаю к прицелу своего испытанного «ВСК».

Оставшиеся в живых федералы отползают к противоположной от нас обочине — там у них шум, крики, вопли о помощи. Короче, нормальный бардак, как при любом внезапном нападении.

— Гоу, гоу, гоу!!!

Мои бойцы покидают окопы и во всю прыть мчатся к селу. Им надо преодолеть на открытой местности двести с чем-то метров — там, дальше, глубокая балка в обход села. Это очень опасно: если у федералов кто-то в состоянии вести прицельный огонь, могут перещелкать, как щенят. Но такой марш-бросок входит в план, надо показать направление отхода и отвлечь от основного действующего лица. Основное лицо — это я. Моя задача сейчас — опознать генерала. А бегущим моджахедам и мне помогут пулеметчики. Давай, пулеметы!

Та-та-та!!! — слаженно включились в общую карусель боя пулеметчики. Мовсар долбит обочину за горящим «Уралом», Ваха методично обрабатывает подбитый БТР. Их основная задача — добить охрану генерала. Эти самые опасные. Остальные нам не страшны.

Я бегло шарю прицелом под машинами, оцениваю обстановку. Все продумано, местность ровная, как стол, окопы на одном уровне с дорогой, так что все, кто отполз на обочину, в моем секторе.

Довольно быстро нащупываю генерала. Я его фотки в трех ракурсах сутки напролет изучал, запомнил как родного. Сейчас он на себя мало похож, весь в копоти, но легко узнаваем. Кроме того, он старый, а два солдата рядом совсем молодые, запросто можно различить.

Генерал, оказывается, ехал в первом АРСе. Он, видимо, ранен, но не сильно, и даже пытается действовать — прижимает ИПП к окровавленной голове лежащего рядом солдата и орет что-то на левый фланг. Это на их левый. Наш, соответственно, — правый.